В двух из них — Чанъане и Лояне — размещалась столица империи. С 202 года до н. э. и до 8 года н. э. она находилась в Чанъане, а с 25-го по 220 год н. э. — в Лояне. Чэнду, находившийся на западе, был самым большим, а Пэнчэн — самым маленьким из десяти городов. Приведенные ниже сведения — это население самого города вместе с прилегающей к нему территорией. Однако, по мнению большинства ученых, точное количество жителей, проживавших непосредственно в черте города Чанъань, ненамного превышало 80 000 и, во всяком случае, не могло составлять цифру четверть миллиона, указанную в таблице. Выбор города как столицы определялся совокупностью стратегических и экономических соображений и лишь частично — стремлением связать правящий дом с ранними этапами истории страны. С начала Ханьской империи вплоть до X века один из двух названных городов выполнял столичные функции для тех династий, что обосновались на севере Китая. Задолго до образования империи города строились с двумя кругами укреплений. Один включал в себя другой, так что город оказывался разделенным на несколько прямоугольных частей. Планировка городов Чанъань и Лоян учитывала особенности местного рельефа и вместе с тем предусматривала возможность дальнейшего их расширения. Города состояли из нескольких обособленных частей, как бы воплощая идею незыблемости империи и существовавшего.
В ней разделения общества на ряд взаимосвязанных групп, каждая из которых занимала соответствующее положение. По результатам раскопок и письменным источникам мы можем составить достаточно полное представление о внутреннем устройстве ханьских городов. Обычно город и императорский дворец располагались по оси юг—север, чтобы, когда император находился в комнате приемов, он смотрел именно в данном направлении. Юг считался воплощением ян и направлением на полдень — высшую точку подъема солнца над горизонтом. Если восточная стена города шла точно с севера на юг, другие стороны не выстраивались так определенно, хотя и ориентировались по сторонам света. Общая длина городских стен превышала 25 километров, в каждой из четырех сторон были построены хорошо защищенные ворота. Через них можно было пройти по трем отдельным входам, каждый из которых составлял 6 метров в ширину. Сохранившиеся следы колес показывают, что через каждый могли одновре менно пройти четыре повозки. Дороги, ведущие к городским дорогам, имели три параллельные колеи, соответствующие расположению трех входов. Большая часть ханьского города была уничтожена во время сражений и пожаров в разрушительные периоды с 9-го по 27-й и с 190-го по 5 год. В последующие четыре века правило несколько династий, признававших столицей Чанъань, но ни одна из них так и не смогла восстановить былое великолепие города. Только во времена династий Суй.
(589—617) и Тан (618—906) город отстроили заново почти с прежним блеском. Тогда и воздвигли священный город, служивший столицей начиная с VII века. Он расположился к юго-востоку от старой территории. Хотя решение о размещении правительства в Чанъане было принято в 202 году, работы по сооружению оборонительных стен начались не ранее 194 года. Для этого в последующие четыре года привлекли огромные людские резервы из разных, достаточно отдаленных частей Китая. Историки отмечают, что на стройке использовали как мужчин, так и женщин. Все, что сохранилось от этих стен, свидетельствует о том, что в оснований их ширина достигала 16 метров, сужаясь кверху под углом 11 градусов, так что ширина верхней части была примерно 10 метров. Обычно стены строили из утрамбованной земли, укрепленной снаружи и внутри кирпичами. По углам и у 12 ворот возвышались массивные сторожевые башни, откуда старшие офицеры вели постоянное наблюдение за окрестностями и в случае необходимости закрывали ворота. Скорее всего, город пересекала система прямых улиц, шедших с востока на запад и с севера на юг, вдоль каждой улицы размещались глиняные водостоки, позволявшие отводить дождевую воду. Главный проспект вел от южных городских ворот к импера торскому дворцу. Благодаря такому расположению вся территория города делилась на прямоугольные кварталы жилых домов, усадеб, дворцов для приемов и прочих построек.
В конце ханьского периода специальные места отводились для буддистских культовых сооружений, но ббльшая территория служила для расселения людей, причем жилища располагались вплотную друг к другу, «подобно зубьям расчески», как заметил один поэт того времени. В Чанъане было несколько торговых площадей, служивших местом встречи для путешественников, прибывавших со всех концов Азии. За порядком въезда и выезда следили специально назначаемые чиновники, они собирали пошлину и .наблюдали за соблюдением правил торговли. Автор I века пишет, что на рынках в Чанъане продавалось столько товаров, что нельзя было окинуть взглядом все собравшиеся на площади повозки. Кроме торговли на рынке, собирались гадатели и предсказатели будущего, без совета с которыми не начиналось ни одно серьезное дело. В определенные дни на площади строили помост, и палачи прилюдно наказывали воров отрубанием руки и казнили предателей или преступивших закон государственных служащих. Именно на западном рынке Чанъа ня в 154 году до н. э. нашел свой ужасный конец от рук палача ученый и политик Чжао Цзо. Случившееся на глядно свидетельствует о жестокости и безжа лостности властителей, но одновременно оно должно было устрашить намеревавшихся преступить закон, показав, какая ужасная кара их постигнет. К сожалению, нельзя до конца доверять описаниям ханьских городов, сохранившимся до наших дней. Некоторые из них основываются на разнообразных источниках, явно более.
Поздних, чем описываемый нами период, какие-то факты приходится домысливать. Вместе с тем очевидно, что императорские дворцы отличались необычайной роскошью. В них создавались максимальные удобства для обитателей, при этом их совершенно не заботило, сколько денег из казны на это тратилось. К созданию дворцов привлекали самых искусных художников и ремесленников. В дворцовый комплекс входило несколько строений, возведенных в разное время по прихоти императора или в связи с потребностью размещения членов его семьи. Вероятно, каждый дворец состоял из одного или нескольких залов для приемов, подсобных помещений, ворот, укрепленных башнями, и галерей. В поздних источниках описаны удивительные материалы и высокое мастерство создателей. Сообразуясь с климатическими условиями, некоторые помещения оборудовали каминами или калориферной системой отопления. Особый уют придавали ковры, сплошь устилавшие стены и полы. Летние покои, наоборот, охлаждали с помощью вентиляции и льда. Не приходится сомневаться, что подобные комфорт и пышность поражали воображение. Скорее; всего, дворцовые постройки резко контрастировали с большинством городских зданий, достаточно скромных. Причем даже дворцовые постройки не всегда строились из кирпича или камня, иногда стены были глинобитными, на каркасе из прутьев, затем их покрывали штукатуркой и раскрашивали в яркие пурпурные и белые цвета. Наибольшее впечатление, конечно, производили ворота, укрепленные выдвинутыми вперед массивными башнями, чтобы из них можно было вести перекрестный обстрел во время штурма..
В верхних комнатах размещались стражники. Крышу обычно покрывали соломой, над залами и комнатами императора стелили черепицу. Черепица имела полукруглую форму, соединяясь специальными выпуклыми и вогнутыми краями. Ее укладывали рядами, чтобы дождевая вода свободно стекала вниз. В нижней части крыши размещался глиняный желоб с закругленным концом, на котором обычно размещали украшение или герб владельца. Сохранилось множество подобных круглых медальонов, свидетельствующих о мастерстве каллиграфов. На некоторых желобах даже обозначен дворец, для которого они предназначались, на других короткое пожелание вечного блаженства. В ряде случаев в качестве декоративного элемента мастер изображал оленя-самца или птицу. Интересные примеры оформления желобов в агитационных целях встречаем в находках из городов, расположенных вблизи северных границ Китая, где чаще осуществлялись контакты с иностранцами и строились оборонительные сооружения. Когда прохожий смотрел на них, то мог прочитать: «Небеса благосклонны к подчинившимся иностранцам», «Нам подчиняются все». Во множестве легенд рассказывается о великолепии Чанъаня, об императорских садах, что размещались за западной стеной. Они заполнялись ботаническими редкостями с юга и экзотическими животными из различных климатических зон. В садах было множество уютных уголков, искусственных озер, декоративных башен, мостиков и беседок. Рассказывают также о множестве башен, которые строились внутри городских стен; некоторые предназначались для религиозных целей, другие для наблюдений за небесными светилами или за явлениями, вызываемыми инь и ян..
Поскольку верили, что бессмертные обитают где-то в выси, император By Ти распорядился построить в Чанъане несколько башен, чтобы снискать благосклонность Небес (рис. 38). Более точными сведениями мы располагаем о некоторых культовых зданиях, находившихся в ханьском городе. Таков Минтан, или Зал великолепия, который, несомненно, предназначался для самых важных церемоний. Пока ученые не пришли к единому мнению по поводу назначения этого строения. Встречались и усыпальницы предков императора. Рассказывают, что в гробнице основателя династии Гао-цзу висело множество больших и малых колоколов, издававших удивительно мелодичные звуки. Правда, отметим,# что наше описание не отличается особой точностью; скорее всего, автор имел в виду такие колокольчики, которые развешивали в более поздние времена в буддийских храмах и монастырях. В определенные времена года в основных усыпальницах проводили службы, именно в этой торжественной обстановке император получал уверения в преданности и принимал дань от правителей всех областей. Точно так же и наделенные властью правители проводили обряды на могилах императорских предков. К югу от города находился круглый алтарь, где император поклонялся Небесам. Чтобы поклоняться Земле, к северу от столицы построили квадратный алтарь, полагали, что именно здесь максимально проявлялось влияние инь. В ходе недавних раскопок обнаружили следы культовых построек хакьского периода. Ученые сходятся во мнении, что центральная часть состояла из трехэтажного зала, стоявшего на невысокой.
Платформе. Все строение окружала сводчатая галерея. В зале было че тыре входа, ориенти рованных по сторонам света. Вокруг храма рас полагались вспомога тельные здания, а весь комплекс был окружен рвом. План такой по стройки поразительно точно воспроизведен на рисунках, украша ющих оборотную сто рону бронзовых зеркал ханьского периода. О характерной символи ке речь шла выше. Как полагают, еще при основателе динас тии, управлявшем империей вплоть до сво ей смерти, последо вавшей в 193 году до н. э., внутри города были построены два административных здания с архивами для хранения важных государственных документов. Во времена гражданских войн, сопровождавших основание Ханьской империи, правитель стремился сохранить все документы, с тем чтобы новое правительство могло начать свою работу, используя карты и, может быть, налоговые документы своих предшественников. Архивы были построены из массивных камней, способных выдержать любой пожар. В таких же помещениях хранили подобные документы и в последующий век или даже два. Рассказывают, что именно во втором хранилище, павильоне Благословения Небес, работал Лю Сян, составивший первый систематический каталог тек стов императорской библиотеки примерно в XXV веке до н. э. Об этом ученом сложено множество легенд. В одной из них рассказывается о том, как однажды вечером ученый работал, погрузившись в собственные размышления. И тут в дверь постучал пожилой незнакомец,.
Одетый в желтые одежды. Опершись на затейливо вырезанный посох, он увидел, как Лю Сян сидит и читает при меркнущем свете заходящего солнца. Незнакомец дунул на свой посох, и тот вспыхнул ярким светом. Затем он сел и начал объяснять Лю Сяну тайны пяти элементов мироздания, а также некоторые трудные места в классических текстах. Испугавшись, что он забудет о рассказанном, Лю Сян хотел записать слова незнакомца, но у него не оказалось ничего подходящего для этого, тогда он начал отрывать куски шелка своего одеяния, на котором оставлял пометки. Постепенно он разорвал весь халат и остальную одежду, оставшись в набедренной повязке. Когда забрезжила заря, он попросил незнакомца назвать свое имя. Оказалось, что это дух, посланный с Небес, чтобы помочь в работе великому Лю Сяну. За пределом города находилось несколько известных хранилищ и конюшен. Полагают, что для облегчения переправы через реку Вэй было построено несколько каменных мостов. На другом берегу реки, к северу от столицы, располагались захоронения императоров. Места для них выбирали тщательно, чтобы умершие были надежно защищены от наводнений, пожаров и оползней. Ханьская империя начала свое существование в 202 году. Примерно в течение последующих восьмидесяти лет политика правительства была в большей степени направлена на сплочение нации, чем на ее экономическое развитие. Государственные органы стремились укрепить власть.
Императорского дома и добиться наибольшей эффективности в деятельности центральной администрации. Внешняя политика ограничивалась укреплением границ, поскольку недостаток финансов требовал жесткого ограничения расходов. Но начиная примерно с 120 года до н. э. начались перемены: правительство попыталось решить, как лучше использовать людские ресурсы, добиться, чтобы использовать их более эффективно. Правители поняли, что для экономического процветания недостаточно усердной работы на полях, в шахтах и литейных цехах, необходима организация торговли и налаженные пути сообщения. Правительство хотело получать соответствующую долю доходов от всего, что производится в стране. Все отмеченные перемены привели и к иной внешней политике. Теперь предполагалось постепенное расширение границ империи. Для этого была необходима сильная армия и постоянный призыв на военную службу новобранцев, чтобы охранять границы и защищать основные торговые пути, ведущие в глубину Центральной Азии. Хотя новая политика добилась относительных достижений, в последующие десятилетия отмечалось несколько случаев, когда планы новых, только что получивших образование государственных высших чиновников оставались таковыми только на бумаге. Хорошо известна проведенная в 81 году проверка деятельности правительства, состоявшаяся по императорскому вердикту, предписывавшему установить причины общественных беспорядков. Чиновники и их помощники в полной мере воспользовались представившейся возможностью и попытались пересмотреть принципы управления. Их выводы оказались настолько важными, что император был вынужден признать необходимость постоянного контроля за деятельностью высшего чиновничества. Вскоре после.
