КОНТИНЕНТАЛЬНАЯ ИМПЕРИЯ И КОНТРОЛЬ НАД ОКЕАНАМИ
Закончив формировать собственную сухопутную территорию, США
заявили о своем понимании места и роли Соединенных Штатов в
мировой политике. 2 декабря 1823 года президент Джеймс Монро в
очередном ежегодном президентском послании Конгрессу США изложил
новую внешнеполитическую доктрину Соединенных Штатов, которая
стала определяющей вплоть до начала следующего столетия. В
довольно резкой форме она провозглашала: «Американские
континенты, на свободных и независимых условиях, которые они
примут и поддержат, с этого времени не должны рассматриваться
как объекты будущей колонизации любыми европейскими державами»
[9, с. 162].
Объясняя свою мысль, Монро добавил, что политические
системы европейских стран отличаются от американской, и поэтому
«у нас есть моральный долг во имя чистосердечия и дружественных
отношений, существующих между Соединенными Штатами и этими
державами, заявить, что мы будем рассматривать любую политику с
их стороны распространить свою систему на любую часть этого
полушария как угрожающую нашему миру и безопасности» [9, с.
162]1. Со временем Т. Рузвельт дополнил мысль Д. Монро емкой
формулировкой: «Соединенные Штаты не могут допустить
возвеличивания какой-либо европейской державы на американской
земле» [31, с. 202]. То есть США открыто заявили о том, что
исключительно в их сфере интересов находится, ни много ни мало,
все Западное полушарие.
В соответствии с поставленными задачами Монро подчеркнул,
что, если какое-либо европейское государство или коалиция держав
установит контроль над любой из американских стран или
приобретет на Американском континенте какие-либо территориальные
права, Соединенные Штаты будут рассматривать это как враждебный
или недружественный акт по отношению к себе.
Ближе к середине XIX века доктрина Монро начинает по
степенно реализовываться. Прежде всего все усилия американцев
направляются на установление своего господствующего положения на
Южноамериканском субконтиненте и в бассейне Тихого океана. В
этих регионах геополитическая стратегия США определила ряд
тактических задач: воспрепятствовать дальнейшим колониальным
g`ub`r`l со стороны европейских стран; провести ряд военно-
политических мероприятий, направленных на ослабление позиций
европейских конкурентов; закрепить американский контроль над
Латинской Америкой, островами Карибского моря и создать военно-
морские базы в Тихом океане (на подступах к Евразии). Главными
инициаторами такой политики стали олигархические кланы
Соединенных Штатов.
Госсекретарь Соединенных Штатов Д. Г. Блейн, намечая пути
экспансии США на Тихом океане, писал в инструкции американскому
посланнику в Гонолулу: «Если принять Сан-Франциско за торговый
центр Запада США, то линия, проведенная от него в северо-
западном направлении, к Алеутским островам, обозначит нашу
тихоокеанскую границу почти у берегов Азии. Аналогичная линия,
проведенная от Сан-Франциско на юго-запад, к Гонолулу, является
естественным рубежом той части Тихого океана, в пределах которой
должна развиваться наша торговля с восточными странами, и, более
того, является прямой линией коммуникаций между Соединенными
Штатами и Австралазией. В пределах этой части Тихого океана
лежит сфера торговых интересов нашего западного побережья» [39,
с. 38].
В бассейне Тихого океана (в конце XIX в.) США стремились в
первую очередь аннексировать Гавайские острова и острова Самоа —
две ключевые стратегические точки1 между Американским
континентом и азиатской частью Евразии.
К концу XIX века американские бизнесмены завладели боль
шинством природных богатств этих островов, а также в их руках
оказались ключевые позиции в островных экономиках. В 1893 году,
при поддержке морской пехоты армии США, группа американских
плантаторов свергла гавайскую королеву, а потом, жестоко
подавляя антиамериканские восстания, присоединила Гавайи к
Соединенным Штатам, что было одобрено парламентом США в 1898
году. Американский президент Кливленд, который не был склонен к
захвату Гавайев, писал министру юстиции Р. Одни: «Гавайи наши.
Но когда я думаю о средствах, использованных для совершения
этого преступления, мне становится стыдно» [32, с. 248].
Далее, воспользовавшись антииспанскими выступлениями
жителей Кубы и таинственным взрывом на американском корабле
«Мейн», США, уничтожив испанский флот, в 1898 году оккупировали
Кубу, в дальнейшем силой оружия подавляя любое антиамериканское
выступление на этом острове.
Того же характера события имели место и на Филиппинах. Еще
задолго до начала войны американское морское командование дало
указание Тихоокеанскому флоту быть готовым к нападению на
Филиппины. 1 мая 1898 года испанские военные корабли были
потоплены в Манильском заливе, а затем, используя антииспанское
восстание филиппинцев, американцы высадили на острове свои
войска, установив там на долгие десятилетия свой оккупационный
режим.