Продолжение / КОНТИНЕНТАЛЬНАЯ ИМПЕРИЯ И КОНТРОЛЬ НАД ОКЕАНАМИ / 4
«Предначертанная судьба», теория исключительности, вос
хваление преимуществ государственных и других институтов США,
геополитические и экспансионистские доктрины, социал-дарвинизм,
расширенное толкование доктрины Монро в итоге синтезировались в
общую идею вседозволяющего расового превосходства американцев
над другими народами. Ощущая и олицетворяя экономическую мощь
страны, они готовились от словесных домогательств перейти к
широкой экспансии за пределами США
В 1895 году, высказываясь по поводу англо-венесуэльского
конфликта1, Госсекретарь США Ричард Олни, интерпретируя доктрину
Монро, заявил о безусловной необходимости американского
арбитража по отношению к любому конфликту в Западном полушарии:
«Сегодня Соединенные Штаты являются фактически державным
владыкой на этом континенте, и их повеление — закон во всех тех
делах, в которые они вмешиваются... Почему? Не потому, что к ним
hqo{r{b`~r чувство чистой дружбы или доброй воли... и не потому,
что благоразумие, право и справедливость неизменно характеризуют
поведение Соединенных Штатов. Дело в том, что многочисленные
ресурсы США, в сочетании с изолированной позицией, делают США
хозяином положения» [39, с. 29].
Таким образом была сформулирована так называемая доктрина
Олни, которая существенным образом дополнила доктрину Монро.
Будучи примером применения со стороны США силовой,
наступательной дипломатии, доктрина Олни обозначила в истории
рубеж, после которого США стали активно демонстрировать свою
весомость в международных делах, заявив о своем доминировании в
Западном полушарии.
В связи с этим и в Европе вдруг неожиданно обнаружили, что
континентальная обособленность Америки, ее изоляционизм, который
постоянно и нарочито декларировался, подчеркнутое нежелание
принимать участие в блочных структурах европейских государств
фактически обернулись свободой военно-политических действий на
международной арене. После испано-американской войны американцы
начали усиливать свой контроль над странами Карибского бассейна.
Некоторые из них они подчиняли себе целиком, другие превращали
фактически в свои колонии. В «банановых республиках» Центральной
Америки экономическую и политическую жизнь определяли две
могущественные американские компании — «Юнайтед фрут» («United
Fruit»)2 и «Кайямель фрут» («Cuyamel Fruit»). Они целиком
контролировали внешнюю торговлю стран региона. Местные
администрации, подкупленные их представителями, беспрекословно
выполняли указания американцев, а банды наемников уничтожали
недовольных. Банки США, устанавливая высокие процентные ставки,
с готовностью финансировали правительства Центральноамериканских
республик. Однако такие страны, как Бразилия, Мексика,
Аргентина, Колумбия и Чили, где властвовала Британия, оставались
пока вне сферы американского контроля.
Оккупация Кубы и Пуэрто-Рико (оба острова расположены на
пути к перешейку между Северной и Южной Америками) позволила
американцам форсировать планы сооружения канала, который должен
был связать Тихий и Атлантический океаны. То есть, установив
свой контроль над стратегическими точками Тихого океана
(благодаря чему он стал «внутренним озером» США) и бассейном
Карибского моря, Соединенные Штаты поставили перед собой задачу
обеспечения более простой коммуникации между восточным и
западным побережьем США. В послании Конгрессу президент США У.
Мак-Кинли заявил: «Сооружение канала между океанами стало ныне
более чем когда-либо необходимым в интересах установления быст
рого сообщения между восточным и западным побережьями нашей
страны. Аннексия Гавайских островов и перспектива расширения
нашего влияния и нашей торговли на Тихом океане, вся наша
национальная политика настойчиво требуют утверждения контроля
над этими морскими путями» [39, с. 64].
В контексте этой задачи, в 1901 году Соединенные Штаты
подписывают с Англией договор, предоставивший США монопольное
право на сооружение канала и контроля над ним. Колумбия, которой
принадлежал Панамский перешеек, не согласилась принять условия,
предложенные ей Соединенными Штатами. Тогда американские
спецслужбы инсценировали на территории перешейка «революцию», и
возникшая в ее результате марионеточная республика Панама
заявила о своем отделении от Колумбии (1903 году). США
немедленно ее признали и навязали ей договор, по которому
получили под свой постоянный контроль территорию, на которой в
будущем был сооружен канал1. Именно в связи с событиями вокруг
Панамы американский президент Т. Рузвельт провозгласил «политику
ank|xni дубинки» относительно латиноамериканских стран.
Одновременно с ее реализацией Соединенные Штаты начали
осуществлять в отношении стран Карибского бассейна стратегию
полного финансового контроля. Вначале она была апробирована на
Доминиканской Республике, а затем, к 1918 году, ее действие
распространилось на одиннадцать из двенадцати стран Латинской
Америки. Вдобавок многие из них были оккупированы (даже по
нескольку раз) армией США.
Таким образом, латиноамериканские государства постепенно
превратились в протектораты Соединенных Штатов, лишенные всякой
финансово-экономической и политической самостоятельности, а
потому и государственного суверенитета, сохранив лишь их
внешние, символические атрибуты. Схемы установления контроля над
странами Латинской Америки стали основой для будущих аналогичных
мероприятий в других регионах Земли, включая Европу и страны
бывшего соцлагеря.